Они оставили след в истории Одессы

Биографический справочник

 

 

Креймер Аркадий Евсеевич (1946-2014)

 

Аркадий Креймер

Аркадий Евсеевич, Аркаша, Аркашенька… Так его называли все, с кем ему приходилось сталкиваться в жизни. Сначала – Аркадий Евсеевич, а через пару дней или часов – уже Аркаша, Аркашенька.

Строитель и учитель, на все руки мастер и знаток Одессы, идеальный муж и друг, папа и дедушка, человек с душой ребенка и душа Клуба, почетный одессит и журналист – это всё о нем, Креймере Аркадии Евсеевиче, заместителе директора Всемирного клуба одесситов.

К нему шли все: льнули дети, приходили посоветоваться соседи, все проблемы на работе решал он…

У Сухомлинского было “Сердце отдаю детям”, а он свое сердце отдавал людям. Не глядя на возраст, на национальность, на место проживания… Он был человек мира! Он пропускал через свое сердце всех и вся… Поэтому, когда мне врачи сказали, что у него очень изношенное сердце, я не удивилась – на себя у него времени не было.

Он ушел туда, откуда не возвращаются… Он ушел, чтобы возродиться в добрых делах, на которые был очень щедр…

Аркадий Креймер родился 30 августа 1946 года в Одессе, которая стала для него не просто городом, в котором он родился, учился, Одесса стала для него смыслом всей жизни.

После окончания школы №117, куда он дважды возвращался для работы учителем, был институт. Сначала заочный Рыбный в Астрахани, затем ОИСИ, факультет теплогазоснабжения и вентиляции. Было несколько мест работы и на каждой – о нем только теплые слова и как о специалисте, и как о человеке.

“Аркадий по специальности был инженер-сантехник, но затем его карьера была зигзагообразной: учитель труда, инженер-проектант в «Гипрограде», инженер-наладчик в «Укрстроймашавтоматизации», главный инженер «Рыбагросервиса», и везде, где бы он ни работал, у него завязывались связи – производственные, человеческие. Он был светлый, теплый человек. Не было случая, чтобы Аркадий отказал кому-либо в чем-то, и никогда он не отказывал в связи с занятостью.

Конечно, апогей его деятельности – это Всемирный Клуб Одесситов. Его круг общения – от городских властей до благотворительных обществ. Он упорно добивался желаемого для клуба. Инициатива – памятник Исааку Бабелю – стала осуществленной благодаря и его напору. Он рано ушел. О таких говорят: сгорел на работе. До ночи своей смерти он связывался с близкими людьми. Он мечтал об открытии отремонтированного Клуба. Не успел…”

 Гарик Шапиро, друг старшего брата Александра

 

Учеба в школе подарила ему друзей на всю оставшуюся жизнь, причем это были не только одноклассники, но и учителя. Наши одноклассники, несмотря на то, что многие после школы разъехались по городам и весям, приезжая в Одессу, всегда с удовольствием собирались у нас дома.

Аркадий КреймерСева Максименко, Женя Драгун и Аркадий

“По окончании школы связи между одноклассниками постепенно угасали. Но преданность и любовь к Одессе никого из нас не покидала и не покинет, пока живы. Вот таким мостиком, точнее связью с Одессой, ее воплощением стал Аркадий.

Когда я приезжал в Одессу, то мы непременно встречались. И всегда, когда мы встречались, Аркадий практически обо всех соучениках мог рассказать, кто где живет, чем занимается, когда виделись последний раз, какие-то интересные подробности. Пожалуй, именно из-за его общительности и искренности, все ребята делились с ним своими заботами, планами, радостями и печалями. Каждый чувствовал, что Аркадий всегда готов прийти на помощь, подсказать, искренне посочувствовать. Ведь кроме личного участия, он всегда был готов и поделиться своими многочисленными связями, что в одесской действительности и теперь немаловажно. Помощь его всегда была бескорыстной и своевременной, он сам ее предлагал, причем в такой форме, что это казалось совершенно естественным делом”.

 Сева Максименко, одноклассник

Аркадий КреймерНаш класс

И конечно, самое главное – это то, что в одиннадцатом классе Аркадий встретил свою половинку – меня. Вместе с Аркадием – 51 год, из них в браке – 46. Всего четыре года не дотянули до золотой свадьбы. Вспоминаю все прожитые годы и понимаю, что мы ни разу не ссорились! Многие удивлялись: “Как? За все эти годы ни разу?” Честно и откровенно отвечаю: “Ни разу!!!” Да и невозможно было с Аркадием поссориться. У нас не было секретов друг от друга: я знала все о его работе, он – о моей. Был мудрым советчиком и консультантом. Вместе мы переносили радости и горе.

Аркадий Креймер Наша свадьба, 1968 г.

Аркадий Креймер Аркадий с Юленькой

Жить бы да жить, но подкосило нас страшное горе – умерла наша 16-летняя дочка Юленька. Думаю, что это горе оставило первую метку на его сердце. В 40 лет мы решились родить ребенка. И когда родилась дочка, мы оба, ни секунды не сомневаясь, решили назвать ее Дарья – Дар Божий. Наша радость окончила школу, институт, вышла замуж и… совершенно неожиданно подарила нам сразу двух внуков – Данечку и Владиньку, наших солнышек. Как же их любил дедуля Аркадий! И они его – тоже.

Аркадий КреймерМы с Дашей

Аркадий КреймерСвадьба Даши

Аркадий КреймерАркадий с внуками

Аркадий много работал: и в “Гипрограде”, и в “Одесгазе”, и в “Укрстроймашавтоматизации”, ездил в командировки, объездил весь Союз.

В 1973 году его забрали в армию, под Архангельск. Всего год прослужил он, но приобрел друзей на всю жизнь: Костю Левковича, Ваню Жекова, Славика Болотина.

Аркадий Креймер Славик Болотин, Аркадий и Костя Левкович

Аркадий Креймер Аркадий, Костя Левкович, Славик Болотин и Ваня Жеков

“Не могу много писать, т.к. Аркаша был для меня не только другом. Он был как старший брат. Мы-то все в армию пришли пацанами, а он – взрослый, женатый человек, папа. Вот и к нам он так относился, по-отцовски. Время размело нас по разным городам, но каждый приезд в Одессу становился для меня праздником. Встречи с Аркашей – бесконечные разговоры… Как он рассказывал о своей работе, своих проектах. Я был потрясен его “Путеводителем для зевак и не только…”. Жаль, что эта работа не была закончена. Он говорил: “Эта работа до конца дней моих”. Так и получилось. Он навсегда остался у меня в сердце”.

 Костя Левкович, однополчанин

 

В 1980 году Аркадию надоели постоянные командировки, и он решил попробовать себя в роли учителя. Куда идти? Только в родную 117-ю учителем труда и черчения.

“Это преподаватель от Бога, который свою душу отдавал детям, он всегда будет в моем сердце живой... Все, что он мог, он сделал в своей жизни! Спасибо ему за все”.

Олег Шибаев, ученик

 

“Я бесконечно благодарен судьбе, что был знаком с этим человеком. Теперь понятно, чем обладал Аркадий, – он обладал настоящей, а не поддельной, харизмой одессита, а такое сейчас встретишь очень редко... Хочется от всего сердца выразить соболезнование его родным, близким и всем нам – одесситам”.

 Илья Перстнёв, ученик, краевед, экскурсовод

 

Аркадий Креймер Музей сказки

В школе Аркадий создал лучшие в городе мастерские: столярную, токарную и слесарную. Дети с удовольствием работали, делали различные изделия (табуретки, скамейки, крючки для вешалок и т.д.). Кроме трудов, он преподавал черчение. Тогда этот нужный предмет еще был в школе, директор понимала его необходимость. Даже спустя много лет бывшие ученики говорят о том, как много для дальнейшей учебы в институте дало им изучение этого предмета в школе.

Работа в школе подарила радость творчества, дружбу на долгие годы с Петей Чабаном, художником-самоучкой, мастером “золотые руки”.

Директор школы Хохлова Ольга Васильевна, при которой была восстановлена разрушенная часть школы и построена новая, решила украсить 4-й этаж. Нашла Петю, и он предложил сделать Музей сказки. К этой работе Ольга Васильевна привлекла Аркадия как учителя труда. Вот тут они и познакомились. Четыре года каторжного труда (а кроме этого еще и свои уроки, семья), и результат – единственный на весь СССР школьный Музей сказки.

Но душа требовала работы по специальности, и в 1985 году Аркадий пошел работать в “Рыбагросервис” главным инженером. Там он проработал до ликвидации организации.

Все предопределено свыше. Так было и на этот раз. Товарищ Аркадия Толя Горбатюк сказал: “Слушай, есть такая организация – Всемирный клуб одесситов. Давай я тебя познакомлю с директором, Леней Рукманом, ему нужен заместитель”. Сказано – сделано. И вот с августа 2006 года, после своего 60-летия Аркадий начал там работать.

Аркадий Креймер Галочка Любарская, Катерина Веселкова, Аркадий, Елена Антропова, Леонид Рукман и Галина Ивановна.

Аркадий Креймер С Анатолием Горбатюком. Подготовка к празднику.
2 сентября 2010 г.

“С гордостью заявляю, что Клуб в его, почти всегда улыбающемся, лице приобрел человека просто незаменимого. Во-первых, он знал всех (и не только в Одессе); во-вторых, он умел почти все сделать своими руками; в-третьих, то, что он не мог сделать сам, сразу же делали мгновенно появляющиеся откуда-то мастера (раньше такого специалиста приходилось ожидать неделями). Он никогда ничем не болел – в этом мы, наивные, были уверены. Боже мой, как мы заблуждались: не слишком, мягко говоря, здоровый Аркаша просто очень спешил успеть сделать для родного Клуба, для любимого Города как можно больше. Отсюда эти бесконечные беседы об Одессе со школьниками и еще много чего, что никак не входило в круг его служебных обязанностей, но то, что, как сейчас выясняется, является если не жизненно необходимым, то уж, наверняка, крайне полезным – для Клуба, для Города…”

 Анатолий Горбатюк, член Президентского совета ВКО

Аркадий Креймер Михаил Жванецкий принимает Аркадия в члены
Всемирного клуба одесситов

Аркадий Креймер М.М. Жванецкий и компания. 30.07.2014 г.

При Аркадии клуб зажил полноценной жизнью. Он занялся “наведением мостов” – созданием филиалов Всемирного клуба одесситов в других городах и странах. С его легкой руки к 2014 году Клуб насчитывал 14 филиалов. И, как обычно, – новые друзья.

1 апреля 2011 года пришел в Клуб парень, стоит такой растерянный. Оказалось, что он приехал из Таллинна, зовут его Меэлис Кубитс, ему очень понравилась Одесса, и он хочет здесь отпраздновать свой день рождения. Почему бы и нет? И вот в начале июня в Одессу прилетел самолет, полный эстонцев.

Улетали они, покоренные одесским гостеприим­ством и фирменным форшмаком Аркадия.

На следующий год с подачи Аркадия и при его непосредственном участии была Миссия доброй воли “Одесса едет в Таллинн”. В 2014 – Одесса и Таллинн поехали в Ереван для открытия там филиала Клуба.

Аркадий КреймерАркадий и Меэлис Кубитс

“По воле судьбы Аркадий стал первым человеком, который взял меня тогда за руку – провел в клубе экскурсию, угостил своим знаменитым форшмаком и отвел к столу Леонида Менделеевича, где в качестве сувенира я приобрел несколько дисков об истории Одессы. Тогда я еще не знал, что мы с ним всегда будем держать друг друга за руку. За время этой более чем тысячедневной дружбы много чего произошло. Начиная с апреля 2011 года, я побывал в Одессе 24 раза. Мало кто знает о том, что Аркадий Креймер был единственным человеком, с которым я встречался каждый раз во время первых 23 визитов в Одессу.

В свой 24 приезд в Одессу 23 декабря 2014 года я впервые оказался на одесском кладбище. Там, где обрели вечный покой многие уникальные люди из этого уникального города. Судьбе было угодно, чтобы и эти ворота открыл для меня именно Аркадий. Точно так же, как он сделал это в 2011 году, открыв мне двери клуба и дорогу к сердцу Одессы. Много говорится о том, что Аркадий не берег себя, жил ради других, должен был больше думать о себе. Возможно, я не имею право так говорить, но я не понимаю такой позиции. Я уверен на сто один процент, что когда Аркадий вернется, он снова выберет себе именно такую жизнь. И мы вместе с ним”.

 Меэлис Кубитс, Эстония

 

Наш дом всегда был рад принять друзей. По поводу и без повода у нас собирались близкие люди.

Аркадий Креймер Александра Ильинична Ильф, Ольга Барковская, Леонид Рукман, Алена Яворская, Аркадий, Александр Розенбойм и Татьяна Щурова

С кем бы ни знакомился Аркадий, эти люди сразу же переводили себя в ранг его друзей. Так было с Сашечкой Ильф, для которой у нас дома стояли домашние тапочки (а останавливалась она, приезжая в Одессу, обычно в гостинице “Черное море”, рядом с нашим домом). Так было с Резо Габриадзе, который, останавливаясь в той же гостинице, вечера проводил у нас дома, рассказывая и рассказывая… Аркадий был хорошим слушателем, а это очень важно! Так было с Марком Соколянским, Аркадием Львовым, Аркадием Хасиным и многими-многими другими.

С Резо Габриадзе, Александрой Ильф и Аркадием Львовым

“Аркадий принадлежал к тому, почти исчезнувшему, роду людей, на которых я смотрел как на подарок судьбы.

Улыбка в нем была умная и очень веселая. Как он умудрялся все это сочетать – затрудняюсь сказать. Был остроумным и никогда не шутил просто так, ради шутки.

Любил свой город, свою семью, друзей, работу…

Был очень логичным человеком. Легко находил в разговоре ваши ошибки, но никогда не позволял себе сделать замечание.

Его уход из жизни меня очень тронул. Он остался в моем сердце, в моей памяти.

Я с благодарностью буду его вспоминать.

В моем телефонном пантеоне, среди многочисленных номеров он останется под своим номером”.

 Резо Габриадзе, писатель, сценарист,
кинорежиссёр, художник, скульптор

 

Аркадий КреймерС Валерием Хаитом

“Он всем улыбался и ему все улыбались в ответ. И душе его было хорошо и комфортно.

Душе, но, как выяснилось, не сердцу.

И эта его самоотверженность, эти сверх­нагрузки, которые он на себя взваливал, не были показными, демонстративными. Он по-настоящему был уверен, что ему все под силу, а нитроглицерин – это так, врачи перестраховываются.

Он был здоров духовно, как всякий гармоничный человек, сделавший помощь другим главным делом своей жизни…

И как люди это чувствовали, как выделяли его из других, как тянулись к нему!

Я видел, как мгновенно с ним подружились и прониклись доверием Александра Ильинична Ильф и Реваз Леванович Габриадзе – люди тончайшей душевной организации.

И как он их любил, как опекал, как заботился.

А как он любил Всемирный клуб одесситов! Клуб был его вторым домом… И он все делал, чтобы там стало, наконец, по-настоящему уютно. И ушел как раз тогда, когда там был закончен ремонт”.

 Валерий Хаит, Вице-президент ВКО

 

“Добрые слова о нём приходилось слышать от самых разных людей – и одесситов, и гостей города. Его доброжелательность, пунктуальность и абсолютную надёжность – качества, не столь уж типичные для современных руководителей учреждений различного ранга – смогли оценить, пообщавшись с ним, многие славные люди, полный перечень которых занял бы слишком много места”.

 Марк Соколянский, профессор, Германия

Марк Соколянский Марк Соколянский

Олег Губарь Олег Губарь

 “Невидимые крылья за плечами – эмблема почты небесной. И видимая мягкая улыбка, немного ироническая, умиротворяющая очередного абонента. Так налаживалась связь с историческими персоналиями, потомками стародавних одесситов, одушевленным пространством старых домов, дворов и подворотен, территорией детства, любимым старичьем, эмигрантами и инопланетянами. То была порученная ему миссия соборности.

Аркаши больше нет в поле зренья. Я остался без связи в суровом ожесточившемся городке, затравленном, поникшем, обветшавшем, затерявшемся во вселенском безвременье. Я жду своего связника. И он непременно явится с прежним паролем. Потому что жива «Акаша Хроника», потому что мы одной крови, потому что мы едины, все, живые и мертвые. Потому что мы целостная картина мира, какие-то недостающие пазлы. Пусть будет Хроника Акаша”.

Олег Губарь, краевед

 

“Когда я приходил в клуб, чтобы поговорить с ним, к столу, за которым он сидел, нужно было выстоять очередь. Возле него всегда сидело несколько человек. Это были или художники, которым он устраивал в клубе выставки, или писатели, дарившие ему свои книги, или журналисты, которых он снабжал информацией о культурной жизни Одессы.

Его телефон звонил беспрерывно. И я поражался тому, как, разговаривая с очередным посетителем, он успевал ответить кому-то по телефону, в то же время печатая что-то на компьютере”.

 Аркадий Хасин, моряк, писатель, Германия

Аркадий Креймер Аркадий Хасин, Яков Железняк и Аркадий

Аркадий Креймер Нина Бондаренко, Аркадий, Николай Авилов, Яков Железняк, Славик Лещук, ..., ...,
Валерий Шерстобитов, Валентина Авилова, Любовь Рудовская, ...

Никогда не ходивший на футбол Аркадий вдруг стал ходить на все матчи, стал, как бы, спортивным обозревателем на сайте Клуба. Тогда же в Клуб стали захаживать спортсмены. Одним из первых, кого Аркадий увидел в Клубе, был Яков Железняк, учитель Аркадия по стрельбе, когда тот еще учился в школе. За Железняком потянулись и другие спортсмены: Славик Лещук, Коля Авилов, Люба Рудовская… И все они приходили “в гости” к Аркадию, став его друзьями.

Все-таки, была в нем не до конца реализованная тяга к детям (из него получился бы прекрасный педиатр), он был любимым и уважаемым учителем в школе, но этого ему было мало. Он решил проводить уроки для школьников, изучающих курс “Одесса – мой город родной!”, т.к. в программе курса один урок был посвящен Всемирному клубу одесситов. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. И вот на протяжении 2013-2014 учебного года было проведено более 80 уроков для одесских восьмиклассников. Иногда получалось давать по два урока в день, если по каким-то причинам класс не мог приехать по графику. Тяжело было, но было моральное удовлетворение – ну хоть какое-то зернышко любви к родному городу было посеяно. Работа продолжилась и в 2014-2015 уч.г., но преждевременный уход прервал этот процесс.

Аркадий Креймер

Он всем рассказывал и показывал материалы диска “Они оставили след в истории Одессы”, куда вошло более 1000 персоналий, и многие биографии написаны им самим. А уж о своем детище “Путеводителе для зевак и не только…” мог говорить часами.

“Знаете, что я заметил: в местах «обитания» Аркадия становилось уютно и тепло. Многие помнят его дом, где всем были рады, где всегда царило дружелюбие и покой. Так же точно было в клубе…

Аркадий КреймерС Александром Бирштейном

Вскоре после знакомства с Аркадием, я сделал для себя один важный вывод. Какой? Начну издалека. У нашей семьи были добрые друзья – художники театра Ивницкие. Так вот, Михаила Борисовича Ивницкого все дружно – и в театре, и друзья, и знакомые! – называли – ребе. За доброту, за опыт, знания, умение вовремя дать совет…

Так вот, скажу я вам:  Аркадий тоже был ребе!

Его советы были добры, тактичны и совсем не пусты. Все проверено на себе, взвешено, внятно, подробно.

Знаете, каждого человека можно, если задуматься, характеризовать одним словом. Для Аркаши это слово – приветливость!

Он всем пришедшим, казалось, был рад. Он улыбался людям. Многие признаются, что им не хватает Аркашиной улыбки. Мне тоже…

А еще он придумал лекции о любви. Да-да, о любви к родному городу! Эти лекции он читал школьникам. Чтоб знали, понимали, где живут, в каком потрясающем городе родились.

А еще Аркаша делал для всех наших застолий форшмак. Лучшим в мире называл я этот форшмак. И никто не возражал.

Последнее, что Аркаша успел, – ремонт в клубе. Как он им гордился!

- Смотри какие стены! – показывал он. – Смотри, какой свет!

Но с каждым днем все очевидней, что светом был именно Аркаша!”

Александр Бирштейн, краевед, писатель

 

С его легкой руки разрастался диск “Они оставили след в истории Одессы”: люди несли и несли материалы об одесситах, известных и не очень.

Никогда не могла подумать, что к тем (более тысячи) персоналиям, которые написал для диска Аркадий, добавится моя – о НЕМ…

“В последние годы жизни им овладела непреодолимая, забирающая много времени и сил страсть – он возмечтал научить школьников не только любить, но и понимать Одессу – ее историю, традиции, ее знаменитых сыновей и дочерей. Я видел, как дети из разных районов города гуськом, во главе с учителями, проходили через клуб – на урок по предмету «Одесса-мой город родной», который вел Аркадий Евсеевич Креймер…”

Феликс Кохрихт, журналист

С Феликсом Кохрихтом и Леонидом Авербухом

 “О сердечности и тепле, которые он буквально излучал, знает каждый, кто имел удовольствие с ним общаться. Талантливый и инициативный организатор, влюблённый в профессию педагог, прекрасный семьянин и замечательный друг, скромный, деликатный и обаятельный человек, горячо и творчески любящий родной город – таким навсегда запомнится Аркадий Креймер”.

 Леонид Авербух, врач, краевед, писатель

 

“Душа Аркадия… На мой взгляд, именно этой составляющей его личности я могу объяснить то чувство любви, добра и тепла, которое исходило из его приветливой улыбки, мудрых глаз, а самое главное – той ауры, которой он буквально обволакивал каждого человека, даже совершенно незнакомого. Я много раз обращал внимание на то, как он, обсуждая что-то важное с членами клуба, вдруг, извинившись, спешил навстречу новому посетителю.

Аркадий Креймер C Александром Фёдоровым

Прежде всего, очень уважительно и внимательно выслушивал… Хорошо, если человек просто пришел за новой книжкой или хотел ознакомиться с выставкой известного одесского художника, или рассказать что-нибудь из жизни своего дальнего родственника, оставившего след в истории родного города, или просто решил полюбопытствовать, что это за клуб. Его талант быстро уловить суть предложения и тут же направить энтузиазм гостя в нужное русло меня просто поражал. Как-то я спросил о резервах его терпения, удивительной широте души, невозмутимости и вечном желании поддержать любого человека, который нуждается в поддержке. Вспомнил я тогда и о его мудрости. Эта мудрость текла в нем как широкая река, спокойно и величаво, и он просто, без размышлений черпал из этого источника полной горстью и одаривал всех нас. Он тогда отшутился: «Среди моих предков по прямой линии было 38 ребе. Видно сказалось это родство, о котором мне говорили израильские родственники». Потом это подтвердилось документально. Когда мы были на фестивале «ОдесАвив» в Израиле, Аркадий встретился со своим двоюродным братом и тот показал ему генеалогическое древо, на ветках которого выстроились 38 еврейских священнослужителей, подпирая своими годами жизни вершину многовекового графика, на одном из пиков которого находился Аркадий Креймер.

Вспоминаю еще маленький эпизод нашего путешествия на фестиваль в Ереван. При подлете к армянской столице самолет уже зашел на посадку, но потом вдруг стремительно начал набирать высоту. Командир корабля по спикеру объяснил, что внизу очень сильные порывы ветра и что мы сейчас вновь пойдем на посадку. Через несколько минут ситуация повторилась. В салоне самолета стихли разговоры, возникло напряжение. Некоторые пассажиры начали креститься. Я сидел вместе с Аркадием и с внутренним волнением решил пошутить: «Аркадий, ты, все-таки, вместе со своими 38-ю ребе ближе всех нас находишься к Богу. Может, как-то организуешь для нас мягкую посадку?»

Он улыбнулся: «Не волнуйся, сейчас нормально приземлимся». Через пару минут самолет мягко поехал по посадочной полосе.

Сейчас, когда я пишу эти строки и в очередной раз переживаю его преждевременный уход из нашей жизни, вдруг подумал: «Может Всевышнему что-то не хватило в его деяниях? Может быть эта божественная искорка в душе Аркадия, которая нас так грела и кого-то разумно вела по жизни, понадобилась для великих свершений в другом измерении?».

Пожалуй, только эта мысль меня и успокаивает, когда я задумываюсь об этой, такой преждевременной потере для всех людей, которые знали и любили Аркадия Креймера”.

 Александр Фёдоров, пресс-секретарь «Укрферри», журналист

 

Аркадий КреймерС Борисом Соболевым

“Хочу написать за Аркашу и… не получается.

Вот не понимается мне: он есть или его нет?

25 лет я живу в Израиле, и виделись мы не очень часто.

Поэтому для меня он скорее есть, чем нет. Знакомы мы были ровно столько, сколько Моисей водил евреев по пустыне. И все эти 40 лет Аркаша у меня всегда ассоциируется с добротой и улыбкой.

Спасибо тебе, дорогой, за то, что ты сделал для меня и для нашей любимой Мамы. Мы с ней будем за тобой скучать”.

 Борис Соболев, журналист, Израиль

 

“Только он мог дипломатически и тактично развести противоборствующие стороны во время жестких дебатов, касающихся то ли сбора средств на памятник Бабелю, то ли обсуждений визита в Одессу легендарного Аркадия Львова, то ли вокруг очередного неуклюжего решения Горисполкома.

А сколько сил потрачено на различные ремонты и реконструкции помещений Клуба, организации выставки одесских изданий, участию в «Зеленой волне»?!

Аркадий КреймерМихаил Пойзнер, Александр Розенбойм и Аркадий

Человек-оркестр.

Человек с душой ребенка.

Человек, рожденный в Одессе и для Одессы.

Человек, как никто другой прочно стоящий на этой земле – но не приземленный, не пресмыкающийся, не затерявшийся в нашей суетливой действительности.

Банальное, но «незаменимых нет» в данном случае не проходит.

Никто не заменит его как мужа, как отца, как деда.

Никто не заменит его как нашего друга – последовательного, искреннего и светлого”.

 Михаил Пойзнер, профессор, краевед, писатель

 

“Аркадий Евсеевич. Аркадий. Аркаша, как чаще всего его любили называть… Учитель, коллега, единомышленник, наставник, приятель и друг. Профессионал своего дела, он всегда и везде был на своем месте. Но Всемирный клуб одесситов, где он работал, нет, не работал – служил последние десять лет, стал для него душой и жизнью, а он для всех, переступающих его благословенный порог, олицетворением одесского духа, несгибаемого одесского характера.

Приветливая распахнутая улыбка Аркаши – вот что встречало каждого посетителя клуба все десять лет. И каждый человек, именитый и безвестный, обремененный проблемами и беззаботно-праздный, мог рассчитывать на его внимание и участие. Он относился к людям с неподдельным живым интересом, сопереживал, сочувствовал, всегда старался помочь. При этом как-то незаметно любой разговор перетекал в творческое русло, приобретал глубокий содержательный характер.

Аркадий КреймерАркадий, Наталия Бржестовская и Наталия Рыженкова принимают участие в создании Одесской рощи в Северном Негеве.
Фестиваль "ОdessAviv" – "Одесская весна", Израиль, апрель 2014 г.

Аркадий вел и вез на себе разные клубные проекты, готовил к открытию выставки, вечера и презентации и, казалось, знал все и обо всем: какими новинками пополнилась одесская книжная полка, какие новые издания об Одессе вышли в свет, чему будет посвящен новый Одесский календарь, из каких стран пришел заказ на биографический электронный справочник «Они оставили свой след в истории Одессы»…

Он мечтал, чтобы для одесских школьников этот справочник, детище клуба, стал настольной энциклопедией. Последний год своей жизни Аркадий Евсеевич вернулся к учительскому труду, вел в клубе ежедневные часовые уроки одессоведения для учеников одесских школ, стремился увлечь их, зажечь в них искру следопытов и краеведов, гражданский дух и любовь к родному дому, улице, городу.

Аркаша был каким-то проводником радости, людей тянуло к нему, как к источнику света, тепла, энергии: подключишься, глядишь, ушли куда-то тревоги и заботы, и высвечивалось главное, для чего стоило жить, двигаться вперед, чувствовать себя счастливым от одной только дарованной возможности жить. И как проводник добра он соединял людей, сплачивал их, дарил друзьям новых друзей. Невероятный дар”.

Наталья Бржестовская, журналист

 

“Талант дружбы. В наши годы новые отношения завязываются на уровне приятельских. Но Аркадий так располагал к себе, так был надежен, что почти сразу поднимал отношения до высокого уровня – дружбы.

С какими разными – по судьбам, по характерам людьми дружил Аркаша Креймер! С Женей Новицким – археологом, писателем, племянником Ильи Шенкера. С Аркадием Львовым – сегодня старейшиной одесских литераторов. С Александрой Ильиничной Ильф, Сашенькой, «дочерью Ильфа и Петрова», как она стала себя называть, устав от многочисленных дурацких вопросов: «Вы действительно дочь Ильфа и Петрова?!»… С Марком Соколянским, профессором, литературоведом. C мудрым Резо Габриадзе.

Какие прогулки по городу он совершал с Резо Габриадзе…

Аркадий Креймер Валерий Хаит, Евгений Голубовский и Аркадий

С каким энтузиазмом показывал репринтные книги, подготовленные его другом Сашей Бирштейном.

Как помогал в выборе жилья на несколько дней в Одессе, увидеть Одессу и Нине Аловерт (Нина, узнав о смерти Аркаши, написала, что он – одно из самых солнечных воспоминаний об Одессе), и Марку Серману, Раде Аллой, автору путеводителя по Парижу для зевак…

Кстати, все его дружественные связи были вложены в работу Клуба. Дружба с Аркадием Хасиным – презентация книг Хасина в Клубе, дружба с художником Сергеем Крыловским – это выставки Крыловского в Одессе и Москве, это забота о нем, когда Сергея оперировали…

Две ключевые фразы.

Ушедший следом за Аркадием, Гарик Голубенко написал: «Одесса – это улыбка Бога».

Елена Павлова сказала: «Аркадий – это улыбка Клуба».

Как теперь не хватает этой светлой улыбки…”

 Евгений Голубовский, Вице-президент ВКО, журналист

 

Он мечтал о Школе юных экскурсоводов, и его мечта сбылась: вот уже второй год в городе проводится Конкурс имени Аркадия Креймера на лучшую экскурсию по Одессе среди учащихся 7-11 классов школ города. Он остался с нами в “Путеводителе для зевак… и не только”, в электронной энциклопедии “Они оставили след…”, в конкурсе его имени.

Перечитала то, что написала сама, то, что написали друзья, и ещё раз убедилась, как мне повезло, что рядом со мной по жизни шел ТАКОЙ человек! Выделила слово “такой”, потому что Аркадий, говоря о любимом городе, говорил: “ТАКОЙ ГОРОД!”

На носу очки

“Кажется, я тебя знала всегда. С первой минуты знакомства. Мне показалось, что ты любишь всех – неизбирательно. Видишь? Я говорю «любишь», а не «любил». А потому что я знаю, уверена, что твоя жизнь продолжается. И сейчас ты спокоен и счастлив. Хотя у тебя и сейчас много забот – ты служишь ангелом. Нине, Даше, внукам. Друзьям. Городу.

Аркаша…

А как было.

– Кто этот милый парень? На Бабеля похож…

– Ничего не похож.

– Да посмотри, он – копия Бабель. Кроме того, на носу очки. Кто это?

– Аркаша. Это Аркаша.

– И все? Ни отчества, ни фамилии?

– А зачем. Его так все зовут. Его все знают. Ну, Евсеевич. Ну, Креймер. Так это для чужих. А у Аркаши почти нет чужих. У него все свои.

– Аркадзий! – радостно ворчал Резо Габриадзе и приобнимал этого смущенного милого человека в очках, похожего на Бабеля.

– Аркашенька… – ворковала Александра Ильинична Ильф, звонко чмокая в щеку этого, похожего на Бабеля, загадочного парня.

Ну, потом уже и мы кидались тебя обнимать и целовать, такого родного, доброго человека, к тому же чем-то так напоминавшего Бабеля.

Ах, да! На носу очки…

Не верю. Потому что слышу твой голос. За дверью кабинета, где ты сидел за компьютером. В телефонной трубке. В памяти. Мироздание одарило меня способностью хранить в памяти голоса, интонации, смех. А если слышишь в своей памяти голос, возникает твое лицо, немного растерянная улыбка и твои очки.

Нина, твоя жена, друг, твой близнец, твоя правая рука и советник, написала однажды эссе – признание. В любви. К тебе. Такой вы были крепкой командой, вы, двое. Со школьной скамьи. Поженились вопреки желанию родителей. Вместе переживали лишения, их не замечая. Кто вообще что-то замечает, если влюблен! А вы были так очарованы, практически втрескались друг в друга с головой прямо еще в детстве! Ликовали оба, когда родился ребенок, праздновали новый статус – вы – Нина и Аркаша – родители. Потом, подставляя друг другу плечо, переживали уход девочки в мир иной. Вы учились друг у друга мужеству и стойкости. Оптимизму и умению радоваться вопреки. Когда ваша долгожданная вторая дочь, прелестная жизнерадостная Даша вышла замуж и родились близнецы, у вас двоих началась новая жизнь.

– Как мальчики? – спрашивала тебя.

– Бандиты, – хвастался ты.

И сиял, сиял.

Ах, какой у твоих внуков оказался дед, ласковый, теплый, веселый, изобретательный, редкий, замечательный дед!

Аркаша….. Ты неторопливо и уютно жил в этой продуваемой коварными ветрами жизни, ты разжигал для нас всех очаг и готовил нам поесть и выпить. Ты обладал немыслимым талантом и дарил его нам: дружба и любовь. Ты. Вместе с Ниной, Дашей и твоими милыми забавными мальчишками.

Аркадий Креймер Марианна Гончарова

Как часто не успеваешь сказать, поблагодарить… Слушай, Аркаш, о том, какой теплой, трогательной, нежной любовью ты любил Одессу, наверняка напишет кто-то из многочисленных твоих друзей. О том, как ты умел принимать гостей – и дома, и в клубе, – тоже напишут, и не раз. Ты знаешь что? Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты показал мне лично, какова цена данного тобой слова, обещания. Ни один мой идиотский или легкомысленный вопрос не оставался без ответа, ты быстро узнавал и немедленно звонил. Ты не забывал наши дни рождения. Ты помнил, как зовут наших родных, наших детей и внуков. Ты был тих, мягок и старался быть незаметным на наших посиделках в клубе, в наших поездках по городам и весям. Мягко, застенчиво улыбался откуда-то из-за фотокамеры, откуда-то из-за колонны в нижнем зале клуба, но когда ты ушел, мы все почувствовали пустоту на том месте, где ты стоял, сидел, работал.

Я приехала в Одессу и пришла в клуб. Принялась слоняться по всем углам… Искала такие привычные и родные «на носу очки». Искала тебя, Аркаша…”

 Марианна Гончарова, писательница, Черновцы

 

Газета “Вечерняя Одесса”. №57 (10318) // 24 мая 2016 г.

В память о настоящем одессите.

Более пятидесяти учеников из 22 средних учебных заведений Одессы приняли участие во втором городском конкурсе, посвященном памяти замечательного краеведа, журналиста, педагога, заместителя директора Всемирного клуба одесситов Аркадия Креймера.

Аркадий Креймер

 

Можно было бы писать и писать… но закончить я хочу стихами, которые прислал наш друг, живущий в Нью-Йорке, – Эдик Хвиловский. Первое стихотворение вошло в книгу “Сердце, отданное людям”, а второе пришло после того, как Эдуард Хвиловский прочитал статью о городском конкурсе имени Аркадия Креймера.

 

Ты лучший из живущих всех

И был, и будешь.

Тебя коснуться лишь – уже успех.

Ты не забудешь

 

Ни тех, кто были здесь с тобой,

Ни тех, кто будут.

Ты самый добрый, самый дорогой.

С тобой пребудут

 

Все лучшие дела твои

Воздушной песней

О нашей общей ко всему любви,

И нет чудесней

 

Всего, что сделал ты для всех,

Злат не считая

И не присваивая свой успех.

И жизнь такая

 

Нам не под силу. И, живя без нас,

Ты не заметишь,

Когда мы встретимся в урочный час.

Звездой ты светишь.

 Нью-Йорк, 2014          

Аркадий Креймер – любо-одессит

И человек-душа любых компаний,

На нём вся прелесть прошлого стоит

И дышит всем накалом начинаний

 

Тех добрых дел, которыми покрыл

Он всё, к чему хоть раз да прикасался,

И тот, кто жил при нём и просто был,

Не раз воочью в этом убеждался.

 

Он и сегодня с нами здесь живёт,

Заслуженно внимая нашей мессе.

Он был и есть одесский наш народ,

Прописанный навек в своей Одессе.

 Нью-Йорк, 2016          

Нина Бондаренко, жена,
одноклассница, соратница и друг

 

  Аркадий Креймер, Александр Розенбойм и другие на именинах у Татьяны Боевой  

 

 

Отправить в FacebookОтправить в Google BookmarksОтправить в TwitterОтправить в LiveinternetОтправить в LivejournalОтправить в MoymirОтправить в OdnoklassnikiОтправить в Vkcom