Они оставили след в истории Одессы

Биографический справочник

 

 

Шполянский Аминодав Пейсахович (1888-1957)

 

Дон-Аминадо

Аминодав Пейсахович Шполянский (Аминад Петрович Шполянский, Дон-Аминадо) – литератор.

“У каждой эпохи есть своя акустика”

Он родился 7 мая 1888 года в небольшом городке Елизаветграде Херсонской губернии (ныне – Кировоград). В Одессе занимался на юридическом факультете Новороссийского университета. И из нашего города отплыл в эмиграцию. Он всю жизнь любил и часто вспоминал Одессу.

Замечательные страницы об Одессе в его книге воспоминаний “Поезд на третьем пути”.

Правильно его звали Аминодав Пейсахович, поэтому даже обыденное, устоявшееся за ним имя, в быту, Аминад Петрович, было род псевдонима: Аминодав Пейсахович – Аминад Петрович – Дон-Аминадо.

В России его стихи, рассказы, пародии широко печатались в различных журналах, здесь вышел первый его сборник “Песни войны” (два издания, в 1914 и 1915 годах). В Париже вышли сборники стихов “Дым без Отечества” (1921), “Накинув плащ” (1928), “В те баснословные года” (1951), сборник стихов и прозы “Нескучный сад” (1935), сборник рассказов “Наша маленькая жизнь” (1928), книга воспоминаний “Поезд на третьем пути” (Нью-Йорк, 1954). Его юмор часто бывал резок и переходил в сатиру. Но удивительно мягким лиризмом отмечены многие его стихи. Самые задушевные строки о потерянной России, самые чистые, без примеси злобы и ненависти, написали в эмиграции Саша Черный и Аминад Петрович – русские евреи одесского происхождения.

В “Поезде на третьем пути” Аминад Петрович дал эмигрантскую оценку параллельной советской литературе. Две русские литературы, одна в изгнании, другая в соцлагере, развивались параллельно, и следует говорить не столько о противостоянии, сколько о едином процессе творчества, и это единство определялось Словом и его жизнью в тексте. Это лучшее из зарубежных мемуаров. По теплоте, по нежной сострадательности, по тихой печали, по отсутствию ненависти и проклинаний. Интересны оценки: “Близким и понятным показался Валентин Катаев… каким-то чужим, отвратным, но волнующим ритмом задевала за живое “Конармия” Бабеля… Илья Эренбург, от произведений которого исходила непревзойденная ложь и сладкая тошнота… но первое, по праву, место занял всеми завладевший сердцами и умами неизвестный советский гражданин, которого звали Зощенко. О чудотворном таланте его, который воистину, как нечаянная радость, осветил и озарил все, что творилось и копошилось в темном тридевятом царстве, в тридесятом государстве, на улицах и в переулках, в домах и застенках, на всей этой загнанной в тупичок всероссийской жилплощади, о чудодейственном таланте его еще будут написаны книги и монографии…”.

Дон-Аминадо

В эмиграции он был относительно благополучен. Имел домик под Парижем, в городке Иер, и называл себя “иеромонах”. Надломила его война. Очень чуткий, он уловил главное ее последствие – равнодушие к чужим бедам: “…О том, что было пережито всеми нами, – писал он в августе 1945 года, – оставшимися по ту сторону добра и зла, можно написать 86 томов Брокгауза и Ефрона, но никто их читать не станет. Поразило меня только одно: равнодушие… Вообще говоря, все хотят забыть о сожженных… ибо для тех, кто уцелел, Бухенвальд и Аушвиц – это то же самое, что наводнение в Китае”. Он не только помнил. Он почувствовал эрозию почвы, грядущую, ту, до которой мы сегодня докатились, и перестал писать.

Его афоризмы – одни из лучших в русском языке: “Ложь – искусство, сплетня – ремесло”, “Очарование начинается с главного, разочарование – с пустяков”, “Ничто так не приближает к смерти, как долголетие”, “Ничто так не мешает видеть, как точка зрения”, “Никто и никому в мире так не обязан, как обезьяны Дарвину”, “Стрельба есть передача мыслей на расстоянии”, “Не думай дурно о всех ближних сразу, думай по очереди”, “Старайтесь казаться моложе, чем вы есть, но не моложе, чем о вас думают”.

А вот и наши реальности: “Сначала народ безмолвствует, потом становится под знамена, потом в очередь, потом – опять под знамена, и потом снова безмолвствует”, “У прожигателей жизни нет времени подумать о безработных, зато у безработных найдется время подумать о прожигателях жизни”, “В конце концов, вся переоценка ценностей только к тому и сводится, что к переименованию улиц”, “Как бы твое положение ни было худо, утешайся тем, что международное положение еще хуже”.

Умер Аминодав Пейсахович 14 ноября 1957 года.

 

Александр Дорошенко, писатель

 

 

Отправить в FacebookОтправить в Google BookmarksОтправить в TwitterОтправить в LiveinternetОтправить в LivejournalОтправить в MoymirОтправить в OdnoklassnikiОтправить в Vkcom